Кровавый понедельник

20 сентября 2021 года Тимур Бекмансуров напал на студентов и преподавателей Пермского университета. В результате чего, 6 человек погибли и более 40 пострадали.

На террориста было заведено уголовное дело по статьям «Убийство дух и более лиц», «Покушение на убийство», «Посягательство на жизнь сотрудника правоохранительных органов» и «Умышленное повреждение имущества». Спустя год, без преувеличения вся страна продолжает следить за следствием по этому делу: родные и близкие пострадавших, множество свидетелей и очевидцев ужасной трагедии, миллионы людей в разных городах России. Мы же в свою очередь связались с одной из студенток, которая была свидетелем тех страшных событий, чтобы взглянуть на эту трагедию её глазами и понять, что она чувствует спустя год.

Последнее лето перед взрослением

Саша (по просьбе героини имя изменено) выросла в одном из сёл вблизи Чайковского. Воспитывалась в атмосфере любви и заботы. В школе была на хорошем счету, а её результаты в учёбе, радовали и родителей, и учителей. Успешно сдав экзамены, девушка поступила в университет и с нетерпением ждала перевоплощения из абитуриентки в студентку. Лето перед учёбой она провела на лоне природы: помогала родителям по хозяйству, бегала на речку купаться, ходила в лес за ягодами.

– Это было время безусловного счастья, – поделилась воспоминаниями Саша, – но именно тем летом, кажется, закончилось моё беззаботное детство.

В шаге от смерти

20 сентября был понедельник. Саша, как и подобает всем первогодкам, с лёгким трепетом готовилась к насыщенной, учебной неделе. Второпях допив свой чай, написала сообщение: «С добрым утром, мамочка!», поставила радостный смайлик, отправила смс и вышла из комнаты. Из общежития она направилась прямиком в восьмой корпус.

– Не могу сказать, что было предчувствие, – продолжила девушка, – но что-то такое похожее на дискомфорт, царапнуло душу. Тревогу я списала на новизну условий, – ведь это был мой первый месяц обучения, и я ещё не успела узнать своих однокурсников поближе. Недолго покопавшись в мыслях, я их отогнала и погрузилась в изучение химических реакций. Вторая пара была в другой аудитории. Я отыскала нужный кабинет и коротала время перед следующей парой.

Осознание того, что в здании университета можно умереть, пришло, само собой. Вернее, сразу после того, как в аудиторию влетела её однокурсница с криком: «ТАМ СТРЕЛЯЮТ!». На тот момент Саша ещё не знала, что «стрелок» (как позже его окрестили в СМИ) уже ранил водителя такси, машиниста поезда РЖД и одну из студенток.

– Ребята сорвались с мест, побежали к окнам, – вспоминает Саша, – там был человек в каске, с повязкой на лице и с ружьём. Я подумала, что это глупая шутка. Раздалось несколько хлопков, и кто-то сказал про упавшего из окна парня. Стало понятно, что это не розыгрыш. Человек скрылся в нашем здании, и мы вновь услышали хлопки. Кажется, в нашу аудиторию забежало несколько ребят. Мы забаррикадировали дверь партами, стульями. Пытались дозвониться до знакомых: кто-то смог, а кто-то нет… Выстрелы звучали всё ближе. Что я чувствовала? Страх. Беспомощность. Чувствовала, как всё тело скова ужас, что секунды растянулись до бесконечности. А ещё чувствовала, что очень хочу жить! Увидеть родителей, братьев и встретить завтрашний рассвет.

Жизнь после травмы

По словам студентки, в кабинете они просидели час или полтора. Даже после того как в коридорах всё стихло, разбирать баррикады у дверей, никто не спешил. Сидели и ждали. Молча. 

– Я не помню, как всё закончилось, – продолжила девушка, – как выходила из здания, о чём говорила с родными.  Всё как в тумане. Мне и сейчас кажется, будто это было не со мной. После произошедшего мы какое-то время учились дистанционно. Хотя с погибшими я не была знакома, было тяжело возвращаться в университет. Не было ощущения безопасности, даже при том, что усилили охрану. Только спустя время мне удалось немного забыть это воспоминание, чтобы оно перестало тревожить.

Девушка после всех произошедших событий в одном уверена точно:

Нужно ценить каждую минуту своей жизни, так как никто не знает сколько ему отведено.

Остаётся добавить, что суд над террористом ещё не закончен, но объём уголовного дела составляет сто томов, потерпевшими по делу проходят около 60 человек.

                                                                           Валерия ХРАМОВА

 

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Поделиться

Добавить комментарий

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: