Юбилей – это рубикон, неизбежный повод окинуть взглядом пройденный путь. Александру Яковлевичу Пухареву – преподавателю и экономисту – есть что вспомнить с высоты 90 прожитых им лет. На протяжении нескольких десятилетий он вёл студентов по пути познания законов экономического развития общества. И одновременно личным примером доказывал справедливость высказывания римского поэта-сатира Ювенала: «Нужно много и упорно трудиться, чтобы в здоровом теле был здоровый дух».
Корни
Родился он в Сталинском районе Перми. С отцом, матерью и братом жил в доме барачного типа: комнаты на одну семью, сквозные проходы, весёлые и голодные жильцы. Зарплата отца, Якова Дмитриевича, кузнеца на 9-м конезаводе, была небольшой, а мать, Ирина Прокопьевна, тогда не работала. Жить как-то нужно было, поэтому держали небольшое хозяйство – свинью и корову.
Повестку в военкомат отец получил в июле 1941 года. После 3-месячной подготовки в военных лагерях в Бершети оказался на Северо-Западном фронте – там немцы уже начали замыкать вокруг Ленинграда кольцо окружения.
Жена подарила ему маленькую иконку, с которой тот никогда не расставался. Отец был очень крепким человеком – на спор переплывал Каму туда и обратно, держа тело в вертикальном положении. Бойцы его подразделения оказались молодыми и необстрелянными, и его поставили командовать ротными разведчиками.
Очень ему пригодился опыт участия в Гражданской войне. Перед боем отец снимал защитный щит со своего пулемёта Максим, пристраивал его на груди и так шёл в атаку. И не раз этот импровизированный бронежилет (очень тяжёлый, но жить захочешь – и не такое вытерпишь) спасал ему жизнь.
На следующую войну – с японцами – отец проезжал аккурат мимо родного дома. На станции Ферма, в 14 километрах от Перми, воинский эшелон простоял у семафора 4 часа. Бабы кричали маме: «Беги на станцию, Яша тебя зовёт!». Домой отец вернулся в 1946 году в звании сержанта и с осколком в животе.
Длинный извилистый путь
К тому моменту Александр окончил семилетку и его, как сына военного, направили в Пермское речное училище. По его окончании он умудрился прогулять распределение. Хорошие места разобрали без него, а ему досталась Печора.
На севере пригодилось, что он был заядлым лыжником – за ним потянулись ребята. Он проявил организаторские способности – его двинули по комсомольской линии. Со временем на «отлично» окончил Высшую партийную школу в Ленинграде. Там ему уже предложили было место замполита в одном из Кронштадтских фортов, но не срослось, поскольку в ВПШ он был направлен с условием обязательного возвращения к прежнему месту работы.
Вернувшись в Печору, начал собирать материалы по рабочим кадрам, которые с севера утекали и убегали, да и должной отдачи от их трудовой деятельности не было. В это время в стране начался расцвет «укрепиловки» и «воротиловки». Каждый старался набить свой карман, появилось много возможностей для обогащения. На партсобрании Александр поднял вопрос о невозможности резкого увеличения заготовки древесины, но к нему не прислушались. Через три года работы в горкоме понял, что ему нужно подтянуть экономическую базу, и в 1958 году поступил на экономический факультет МГУ на специальность «Преподаватель политической экономии, экономист» (заочно). Работая в Ухтинском индустриальном институте, защитил диссертацию «Создание постоянных кадров промышленных предприятий районов Крайнего Севера».
После 14 лет работы в Ухте его пригласили в Норильский индустриальный институт, где он трудился следующие 7 лет. Норильск – город своеобразный – закрытый, климат – не сахар: до Северного Ледовитого океана – 100 км, полярные ночи… Вернулся обратно в Ухтинский индустриальный институт, но тут появились проблемы со здоровьем. Да и по Уралу затосковал.
«Мы, видимо, за 40 лет до того намотались по северам и устали от северян, что просто выдохлись, – признался Александр Яковлевич. – Работать пришлось со специалистами сильными, но людьми совершенно разными – одни приехали строить коммунизм, другие погнались за длинным рублём. Тяжёлая была среда».
Чайковский – город обетованный
На этой волне Пухаревы в 1996 году перебрались в Чайковский (не преминув захватить с собой с северов три оберега). Решение объяснимое: здесь жил Анатолий, старший брат Александра Яковлевича, много лет проработавший главным механиком Чайковской РЭБ флота; здесь были похоронены родители.
В городе действовало три вуза. Пухаревы побывали в каждом – и во всех их готовы были принять. Александр Яковлевич выбрал Чайковский филиал ПГТУ, а его супруга Нина Борисовна, окончившая Ленинградскую лесотехническую академию, – филиал ИжГТУ.
Их встретили с распахнутой душой – как представителей настоящей высшей школы, поскольку в чайковских вузах не хватало специалистов с учёными степенями. Не было конца расспросам, как решаются те или иные проблемы в условиях нормального вуза. Жизнь уже доказала, что крупные вузы – подобные МГУ и иже с ним – формируют специалистов не только знаниями, а ещё выдержкой их в особом вузовском «рассоле» (читай – атмосфере).
Чем выше требовательность, тем хуже отношения
Александру Яковлевичу непросто жилось в плане взаимоотношения с коллегами – он принёс с собой атмосферу МГУ, попробовал формировать тот самый «рассол». Пришёл – словно бросил в чан щепотку дрожжей: люди зашевелились, пошли в аспирантуру, стали защищать диссертации на возглавляемой им кафедре общественных наук. По его мнению, уважать себя – не значит возвышать себя над другими, считая их недостаточно компетентными по меркам Высшей школы.
Казалось бы, что при профессиональном уровне Александра Яковлевича ему могли дать 17 лет работы в провинциальном вузе? Но он это время потраченным впустую не считает:
«Всякое общение – это обогащение личности. Мне хотелось понять: какими стали прежние пермяки, которых я когда-то знал? Естественно, за 40 лет многое изменилось, но мои земляки в большинстве остались упорными, настойчивыми и деловыми людьми – с индивидуальными, конечно, особенностями».
Жизнь Александра Яковлевича всегда протекала под знаком борьбы с противоречиями. То, что происходило в стране в целом в плане настойчивого поиска людьми путей для самоутверждения и обогащения, не обошло и высшие учебные заведения. Это неизбежно сказалось на взаимоотношениях внутри вузовских коллективов и проявилось снижением качества подготовки специалистов.
Где бы Александр Яковлевич ни трудился – в Ухте, Норильске или Чайковском, везде он поработал заведующим кафедрой. Невзирая на его резкость и принципиальность, с ним считались.
Одноимённые заряды притягиваются
К семейному счастью Александр Яковлевич и Нина Борисовна пришли околистым путём. Скажем лишь, что познакомились они в Ухте и у них четверо детей: Наталья (доцент ЧГАФКиС), Анатолий (пенсионер в Долгопрудном), Игорь (сварщик от Бога, работает в Печоре), Татьяна (пенсионерка в Норильске). Упомянем о семерых внуках и пятерых правнуках. Нина Борисовна подчеркнула, что те, у кого есть правнуки, сразу попадают в рай.
Кстати, такую родословную, как у супруги Александра Яковлевича – ещё поискать: она прямой потомок хозяев Урала промышленников Демидовых. Есть в её роду монархисты, белоэмигранты, приехавшие из Китая. «Но взял я её в жёны совсем не за это», – смеётся глава семейства.
Как закалялась сталь
Нина Борисовна полушутя-полусерьёзно заметила: «Характер у мужа – что надо! Всеми нами командует. Вроде сидит тихо, а все по струнке ходят».
Те 3 километра, что он в девятилетнем возрасте ходил в школу через речки и леса, выработали в нём самостоятельность, выносливость (приходилось и мокнуть, и мёрзнуть), чувство ответственности. Поступив в речное училище, 14 километров до дома он добирался не на пригородном поезде, а пробегал на лыжах – денег не было, потому что стипендия «уходила не по назначению». Потом понял, что жизнь торопится, обстоятельства проносятся мимо, как скорые поезда, и решил позаниматься с теми, кто по-настоящему занимается спортом. Позже хорошая физподготовка очень ему помогла, потому что на норильских предприятиях он по линии общества «Знание» читал до 30 лекций в месяц. И делал это не для галочки, а чтобы по-настоящему заинтересовать слушателей, которые поначалу шли на его лекции «добровольно-принудительно».
Десять лет спустя
Александр Яковлевич вышел на заслуженный отдых в 2013 году. Первые три дня не знал, куда себя деть. Нина Борисовна тут же его поправила:
– Какие три дня – три года! Делаем что-нибудь, а сами думаем – чем-то не тем занимаемся, нужно же к занятиям готовиться. Душа-то в вузе осталась! Но занятие по душе всё же нашлось: дочка защитилась, внук написал кандидатскую диссертацию, внучка пишет. И со всеми вопросами – бегом к нам, консультантам №1.
Своеобразно Александр Яковлевич высказался о своём возрасте:
«Для хорошо физически развитого человека 90 лет – это нормально. На Кавказе это вообще юноша, который женится во второй раз. Мне очень повезло, что я, где бы ни работал, всегда занимал первые места на соревнованиях по лыжам и плаванию. Это укрепляло во мне не только дух и выносливость, но и уверенность в завтрашнем дне».
Александр Яковлевич уже на пенсии, но в нём до сих пор жив непримиримый дух борьбы со всем, что мешает нам жить. И всю жизнь его в этом поддерживает и вдохновляет вынесенный в заголовок и знакомый всем, рождённым в СССР, девиз легендарного романа Вениамина Каверина «Два капитана»…
Николай ГАЛАНОВ
Фото из семейного архива А.Я. Пухарева
